В этот день в 1943 году под Прохоровкой состоялось встречное («косо-фронтальное») танковое сражение. 5-я гвардейская танковая армия столкнулась со 2-м танковым корпусом СС. Элитные германские танковые соединения превосходили наши танковые войска тактически и технически (технически – впервые с начала войны, за счет массированного применения танков «Тигр», учитывая, что “тройки” и четверки” с длинноствольными пушками уже явно не уступали Т-34 и КВ-1с), соотношение потерь в технике было примерно 6:1 не в нашу пользу, поле боя осталось за немцами (что позволило им эвакуировать подбитые машины, включая несколько Т-34). Однако 13-16 июля немцы продвинулись вперед лишь на несколько километров, ликвидировав выступ южнее Прохоровки, занятый нашей пехотой и артиллерией.

Причины:
1) 1-я гвардейская танковая армия, угрожавшая левому флангу южной немецкой ударной группировки (вообще у нас часто забывают о роли танкистов М.Катукова в Курской битве, а ведь именно они нанесли большие потери немецким танковым дивизиям 5-11 июля);
2) 12 июля началось наше контрнаступление на севере Курской дуги – даже в случае прорыва Манштейну просто не с кем уже было соединяться! Наши, как и под Сталинградом, переиграли противника в оперативном искусстве и стратегии.
3) Начиная с 11 июля немцы фиксируют нашу подготовку к наступлению на “Миус-фронте” в Донбассе (оно началось 17 июля, вскоре туда был переброшен танковый корпус СС, к-рый понес там бОльшие потери, чем под Курском; а вообще прорыв “Миус-фронта” нам обошелся огромной кровью – как и большинство сражений 1943 года – года ломания хребта вермахту…)
4) Высадка “союзников” на Сицилии, конечно, не могла не оказать влияния на немецкое планирование, но в это время бои шли лишь на юго-востоке острова и прорыва не было…
Следует, так же, напомнить, что как и летом 1941 и  1942 гг наша разведка, как во время ВОВ бывало не раз, ошиблась в отношении распределения немецких сил на фронте, в результате на севере Курской дуги, при более благоприятном соотношении сил, немцы смогли лишь незначительно вклиниться в оборону, а вот на юге возник серьезный кризис. Правда с авиацией у немцев было наоборот – на севере 6-й ВФ, а на юге 8-й авиакорпус (сильный корпус, но он имел тогда примерно в полтора раза меньше самолетов, чем “флот”, вдобавок – и это важно – 7 июля было принято решение перебросить 40% сил корпуса на север – !) – это сказалось на наших потерях уже в ходе контрнаступления.
Ну а вообще – “пропустили” наши смену поколений немецких танков, правда в итоге она их и сгубила – клепали бы 4-ки с 75-мм длинностволом – и их было бы раз в 5 больше, чем Тигров и Пантер – долго бы еще продержались (тем более что в обороне много топлива не надо)
Ряд немецких а англосаксонских историков отмечает высокий уровень потерь в германских боевых частях танковых войск под Курском и на Миусе – в 1943 г. был выбит костяк опытных кадров
По авиации – нашим не удалось установить господство в воздухе, попытка “превентивного удара” по аэродромам противника привела только к значительным и безрезультатным потерям, немецкие “противотанковые” штурмовики действовали весьма эффективно, но и у нас неплохо сработала заготовленная новинка – впервые массово использовались кумулятивные “бомбочки” ПТАБ-2,5-1,5

P.S. П.А.Ротмистров был отстранен от командования танковой армией в июле 1944 г. (не за Прохоровку – за очередной “успех”)