В этот день в 1914 году в Восточной Пруссии германцы начали наступление против 2-й русской армии, сосредоточив против нее почти всю пехоту своей 8-й армии (лишь одна дивизия прикрывала Кенигсберг, вместе с кавалерией). Через 4 дня наши войска были разбиты и понесли большие потери (2 корпуса уничтожены, большинство их солдат и офицеров попало в плен). Немцы развернулись против 1-й русской армии, через 2 недели разбили и ее. В операциях поражает бездействие и бессилие нашей многочисленной кавалерии —

 

— 8,5 дивизий (целая конная армия, под командованием хана Нахичеванского — полное туземное ничтожество!) против 1 германской – оно и будет таким вплоть до появления 1-й конной армии С.М.Буденного (в военной мысли дореволюционной России не появилось даже намека на возможность ведения мобильной войны при помощи конницы, практические же опыты – «рейды» Мищенко в Маньчжурии выглядели просто жалко).
Стало ясно, что с германцами на равных русская императорская армия сражаться не в состоянии (особенно на уровне командного состава — генералитет был «ни к черту»), однако еще 2,5 года будет предпринимать против нее бесплодные попытки наступления, с неизменными огромными потерями и безрезультатно. И это вместо того, чтобы перенести все усилия против Австро-Венгрии и Турции, где решающий успех был более чем вероятен (даже в условиях помощи тех же германцев — ограниченной по силам и участкам фронта).
Версия «спасения Франции» путем русских жертв в Восточной Пруссии, конечно красива, но несостоятельна – неудачи немцев на Марне решили не 2 корпуса (+ кав. дивизия), переброшенные против русских (прибыли на театр к 4 сентября, т.е. когда наша 2-я армия уже была разбита), а целый комплекс факторов, главный из которых – ошибки в подготовке и планировании операции против Франции. Да и война бы не закончилась после одной битвы – человечество «зарядилось» на длительное самоуничтожение…
А к противостоянию с германцами нас вынудили вернуться через четверть века, но тогда у нас были мощная оборонная промышленность и воля к мобилизации всех сил для победы над врагом (при полном отсутствии в армии остзейских немцев) – и все равно это обошлось почти катастрофическими потерями (и Восточная Пруссия, опять, далась очень непросто, причем 2/3 ее, с Данцигом, отдали полякам, а Мемель литовцам), с нашей стороны!

 

Да, а проблемы у армии РИ выявились еще в Крымскую, продолжились в 1877-78 гг, явно проявились в 1904-05, но страна уверенно продолжала идти навстречу гибели и на кризисные явления реагировала рефлекторно, поверхностно…

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.