Вновь обострившийся в прошлом году т.н. «Карабахский конфликт» (а нек-рые считают, что именно с него начался лавинообразный, необратимый процесс развала СССР — но это отдельный историко-политический и стратегический вопрос — особенно с применением к нашему времени — постараюсь осветить его отдельно!) несомненно представляет интерес в плане противоборства разведывательно-ударных БПЛА с одной стороны и позиционной обороны — с другой
ИТАК:

Сразу отмечу, что применение беспилотных РУК не носит в данном случае массированного характера — эти действия можно охарактеризовать как «средней интенсивности», определенный ажиотаж вокруг этого создает атмосфера инфовойны и обсуждение новостей (особенно видеороликов — !) в сети. Рост интенсивности применения данных средств ВН возможен, но маловероятен. Но от этого вопрос не сатновится менее интересным и актуальным, особенно в свете использования полученного опыта в других конфликтах в других регионах…
Подойдем к теме с такой позиции — как бы и какими силами строила оборону (в данном случае — ПВО) СА образца 80-х годов на подобном фронте/ТВД?
Хар-ки ТВД — горная/высокогорная местность со слаборазвитой дорожной сетью
Фронт — протяженность примерно 200 км (грубо и «спрямленно»), глубина обороны до 100 км (при наличии неглубокой «тыловой зоны»)
С учетом хар-ра местности на такой фронт для обороны было бы выделено (по «нормативам») 5 дивизий (на равнине — больше!) — 4 мотострелковых на фронте и 1 — танковая — в резерве, они могли быть сведены в армию с 2 корпусными управлениями.
Какими штатными средствами ПВО располагала бы такая армия на своем фронте:
— зенитно-ракетная бригада (ЗРК «Круг» с дальностью поражения до 50 км, комплексы С-300В приняты на вооружение в кон. 80-х) — 3 дивизиона, в каждом по 3 батареи (3 ПУ и 1 СНР — батарею следует считать за 1 комплекс!), в структурах управления дивизионах и бригады — доп. средства обнаружения ВЦ, т.е. 9 ЗРК условно БД (27 ПУ); стоит отметить, что ЗР бригады С-300В обладали неизмеримо большими возможностями обнаружения и поражения ВЦ (вкл. ОТ БР)…
— 2 корпусных ЗР полков ЗРК «Куб»/»Бук» (для повышения эффективности перевооружения новыми начиная с 70-х годов ЗРК в каждую батарею включалась 1 СОУ «Бук» — в дополнение к 4 СПУ «Куб») — по 5 батарей в каждом (тут батарею можно считать за 2 ЗРК), + доп. ср-ва обнаружения (здесь и дальше — штатные и приданные) — т.е. 20 ЗРК СД (50 СПУ/СОУ)
— 5 дивизионных ЗР полков ЗРК «Оса» (ЗРК «Тор» приняты на вооружение в сер. 80-х годов), по 5 батарей (при перевооружении на ЗРК «Тор» кол-во батарей могло быть иным, идея аналогичная совмещению ЗРК «Куб» и «Бук» — «ТорОс» осталась на уровне обсуждения…), в каждой — 4 ЗРК, всего 100 ЗРК МД; стоит отметить, что ЗРК «Тор» обладают хорошими возможностями поражения управляемых б/п, а не только их носителей
— 20 полковых зенитных батарей ЗРК «Стрела-10» и ЗСУ «Шилка» (или ЗРАК «Тунгуска») — по 2 взвода в каждой — 160 ЗРК/ЗРАК/ЗСУ БД
— 41 батальонный зенитный взвод (только в мсб!) — 369 ПЗРК «Стрела» или «Игла»…
Т.о. в группировке бы имелся внушительный «набор» средств обнаружения и поражения ВЦ — всего больше 700 только огневых единиц (на деле перевооружение на новую технику войсковой ПВО в ЗакВО не было завершено)
Причем надо иметь в виду, что это — ПВО СВ, а не ПВО страны, т.е. подразделения целенаправленно обучались мобильным боевым действиям, в данном случае это — быстрая смена позиций (безусловно эшелонированных — в т.ч. для того чтобы преодолеть ограничения СОЦ по углу места — это важно при обнаружении таких целей как БПЛА), в ряде случаев — ведения огня с ходу и т.д.
Конечно в то время ударные БПЛА еще не рассматривались в качестве опасных (и основных — !) средств воздушного нападения — одной из задач при создании новых (тогда новых!) ЗРК МД и БД было своевременное обнаружение и поражение боевых вертолетов противника (в т.ч. зависающих на низкой высоте на короктое время)
В состав комплексов включались оптико-электронные средства (в т.ч. ТОВ даже на СОУ «Бук»!), но, в основном как средства наведения, а не обнаружения целей! Безусловно технический прогресс в данной области позволяет иначе подойти не только к конструкции перспективных и модернизированных комплексов (что, безусловно, уже делается, иной вопрос — результат по времени и «железу»), но и, например, предложить совмещение артиллерийских ЗУ известных малых и средних калибров и ОЭ СОЦ/СН — работа «Деривация» — шаг в данном направлении, но слишком «слабый», если вспомнить из нашего «старого» не только «Шилку», но и ЗСУ-57-2, «Енисей», «Волга», различного рода ЗУ, начиная с С-60 (в т.ч. на мобильных платформах — !)
Маскировка, размещение на позициях ложных целей, комплексирование средств РЭБ с комплексами ПВО тоже даст определенный эффект, но надо иметь в виду непреложную истину — мобильность авиации в части выбора обьектов нападения всемерно превосходит мобильность средств наземной ПВО в части концентрации сил для их защиты/прикрытия, поэтому инициатива тут будет всегда на стороне первой (даже при наличии у противников  относительно сравнимых сил по потенциалу «щит/меч»), а владение инициативой — важный залог победы! «Маневр огнем» (довольно редкий термин, применяемый в среде спецов в области стратегической ПРО — весьма закрытой сферы даже для ПВОшников!) ограниченно применим для ЗРК БД на небольших ТВД — типа Карабахского, да и то не против БПЛА, но абсолютно бесполезен в условиях территориально огромной территории России — поэтому (повторяю!) массовое развертывание ЗРК в войсках ПВО страны (десяток армий — ! — наземной ПВО с примерно 10.000 комплексов) — это повторение проигрышной и сверхзатратной «кордонной стратегии» и серьезная ОШИБКА нашего военного стр-ва! Прикрывать надо обьекты, а не «землю»…
Но, в нашем случае — на будущее можно ведь посмотреть и на взгляды, обсуждавшиеся и сложившиеся в рамках СЯС — тут, конечно, на своем — тактическом и оперативно-тактическом уровне, а именно:
— ответный удар
— ответно-встречный удар
— превентивный удар (в двух подвариантах — удар по наступательным средствам и/или по центрам принятия решения)
И тут одним из основых моментов является определение момента нападения противника на тебя — так в одном известном труде о деятельности ГШ говорилось, что «мобилизация=война»! Но это уже грань военно-штабной работы и политики, довольно далекая от военно-технической сферы (за исключением «влияния» принятых решений на ТЗ разработки ВиВТ).
Но в целом  вопрос противодействия беспилотным РУК на поле боя не просто «стоит» — он нарастает (и развивается — «рой»/сеть, наземные роботы, внедрение ИИ, микроаппараты и т.д.) и его придется решать — тем или иным путем
Напомню, что к концу 80-х годов в ЗакВО дислоцировались:
— 4-я армия (3 мсд, близки к штатному составу + 1 зрбр)
— 7-я армия (3 мсд, 2 с сокращенным кол-вом БТ + 1 зрбр)
— 31-й корпус (3 мсд, с сокращенным кол-вом БТ, 1 — с сокращенным составом артиллерии + 1 зрбр)
— 1 УЦ (де-факто — учебная мсд) + 1 зрбр фронтового уровня, другие части и подразделения
(на самом деле нек-рые бригады и полки тут еще не были перевооружены и имели ЗУ С-60…)
В случае мобилизации были бы развернуты новые соединения, а имевшиеся — пополнены, но «удельный вес» современной ВиВТ (особенно ПВО) в них бы снизился (вдобавок бОльшая часть пополнения планировалась из мобилизованных местных жителей — что не могло не вызывать «вопросов»…)
Кроме того в ЗакВО дислоцировались части 19-й армии ПВО страны — 2 дивизии (свернуты из корпусов в 1988 г., не считая корпуса ПВО в Ростове и ИА) — вместе с ними было в наличии ок. 2.000 наземных огневых средств ПВО
Эти силы должны были предотвратить агрессию южного фланга НАТО (т.е. Турции и иностранных войск на ее территории, вкл. СБР) — вплоть до его полного разгрома и ликвидации (заодно — и любые «неожиданности» со стороны Ирана), но на деле решать им (да и всему нашему народу) пришлось совсем другие задачи — как мы с этим справились — все видят…
В настоящее время на территории бывш. ЗакВО расположены 3 наших ВБ (сухопутная составляющая — примерно 3 мсбр)

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.